Памятник гидрографам на мысе Опук
Победа в Великой Отечественной Войне долгое время складывалась как огромный паззл не только из крупных сражений и досконально просчитанных операций, но и маленьких героических поступков, ежечасных подвигов простого человека и солдата.
Пример тому – подвиг двух матросов-гидрографов, погибших при исполнении близ мыса Опук, популярной в наши дни туристической локации.
О том, что война не минула и эти, сегодня заповедные места, нам говорит скромный памятник, установленный на западном склоне мыса, откуда открывается потрясающий вид на знаменитое Кояшское розовое озеро и скалы-корабли Элькен-Кая (Эльчан-Кая), у которых и разыгралась трагедия.
На исходе мятежного 1941 года, принесшего беду, советское командование начало разрабатывать план Керченско-Феодосийской десантной операции, её целью стало освобождение Керченского полуострова. Войска должны были перебросить в Крым с Кавказского побережья, для чего решили использовать крупные единицы флота, вплоть до крейсеров.
Поскольку переход наметили на ночное время, необходимо было обеспечить суда хорошими, чёткими ориентирами. Для этого привели в полную готовность военно-лоцманскую службу и выделили три подводных лодки, на которых в море выходили гидрографы
Поскольку часть десантных войск предполагалось высадить в районе мыса Опук, было решено использовать скалы-останцы, торчащие из воды в 4 километрах от берега в качестве навигационного пункта. Эти скалы в народе звались скалами-кораблями или Элькен-Кая (Эльчан-Кая)
Огонь, зажжённый на вершине самой крупной из пяти скал, вместе с прожектором, включённым на подводной лодке Щ-203 («Щука»), находящейся в открытом море, образовали бы ориентир для высадки.
Опасная и нелёгкая задача выйти в зимнее штормовое море выпала на долю лейтенантов-гидрографов Владимира Моспана и Демьяна Выжула.
Предполагалось, что Моспан с тремя краснофлотцами взберутся по отвесному скоб-трапу на скалу и доставят туда ацетиленовый фонарь с газовым баллоном, а Выжул обеспечит ориентацию прожектора «Щуки». Однако «морская болезнь» внесла свои коррективы. Молодые краснофлотцы так укачались в подводной лодке, что не могли выполнить приказ. Моспану и Выжулу пришло идти на задание вдвоём…
Ночь 28 декабря 1941 года была неспокойной, море шумело и штормило. Гидрографы с трудом спустили с подводной лодки маленькую шлюпку (в народе именуемую «тузиком») и под завязку загрузили её необходимой аппаратурой. Места в лодке осталось так мало, что отважные лейтенанты решили оставить тёплые шинели…
По сути, эти люди шли на верную смерть и понятия не имели – удастся ли им выполнить приказ. Шутка ли, добраться до скал по бушующему морю, в перегруженной шлюпке, а потом ещё взобраться по обледеневшим скобам на самую вершину останца, и всё это, напомним, в декабре месяце!
Но смельчаки сделали невозможное – яркий свет ацетиленового фонаря прорезал мрак зимней ночи
На десантных кораблях его заметили, сделали поправку и проложили уточнённый курс на Феодосию.
29 декабря 1941 года десант ворвался в занятый врагом Феодосийский порт и высадился прямиком на пирс и портовый мол. Ко 2 января 1942 года советские войска полностью заняли Керченский полуостров, оттеснив немецко-фашистских захватчиков.
Согласно предварительной договорённости, 29 декабря к скалам Элькен-Кая вернулась подводная лодка, которая должна была забрать Моспана и Выжула, но смельчаков в условленном месте не оказалось. Не нашли и шлюпку…
Впоследствии, военные пытались выяснить обстоятельства гибели гидрографов. Увы, сомнений в том, что отважных лейтенантов уже нет в живых, просто не оставалось.
Никто из жителей сёл, расположенных в окрестностях Опука ничего толком сказать не мог, из уст в уста передавались лишь слухи. Говорили о том, что кто-то видел полузатопленный и прошитый пулемётными очередями «тузик», болтавшийся в море. Но не факт, что это была та самая шлюпка, на которой вышли на последнее своё задание Выжул и Моспан.
Были свидетельства, что на косе между морем и Кояшским озером видели гитлеровцев, охраняющих не то раненых советских солдат, не то трупы, вынесенные волнами. А кто-то утверждал, что гидрографы живы, но взяты в плен гестапо.
Немного приоткрылась завеса тайны после войны. В своих воспоминаниях бывший заместитель начальника ГС ЧФ капитан первого ранга в отставке Н.Е. Седов пишет: «Расследовавший обстоятельства гибели лейтенантов Выжула и Моспана начальник гидрографического района Керченской базы капитан-лейтенант Н.З. Евстигнеев доносил (со слов рабочего рыбного промысла), что 28 декабря 1941 года из кордона немцев у горы Опук отходил в море катер, который привёз двух моряков: один был мёртв, другой еще живой, но весь израненный. Обоих немцы бросили на берегу моря под охраной часового. Утром тел на месте не оказалось, а на песке были видны кровавые пятна».
Об этом маленьком подвиге, который внёс свою лепту в великую победу, помнили… На мысе Опук установили небольшой памятник с барельефом: бюст матроса и бессмертная фраза «Никто не забыт и ничто не забыто». Однако долгое время этот памятный знак оставался безымянным – табличка с описанием героического поступка гидрографов и их именами появилась здесь только в 2010 году.
Сегодня эти места можно посетить в рамках познавательной экскурсии по Опукскому заповеднику, и проводник, несомненно, расскажет вам трагическую историю Владимира Моспана и Демьяна Выжула – советских героев, сложивших жизни в борьбе за свободу и мирное небо над своей страной.
Будем помнить!
